Домой   Карта сайта   Контакты
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
ФЛАГОВ
ФЛАГИ СТРАН МИРА
В нашей энциклопедии флагов собраны флаги более чем 200 стран и территорий мира.
Главная » Статьи » Важнейшая форма государева жалованья
Главная          Флаги мира          Вексиллогия          Статьи          Каталог сайтов          Контакты
 
 
Европа

Америка

Азия

Африка

Австралия





Важнейшая форма государева жалованья






Государево платье было важнейшей формой государева жалованья, проблема которого в России периода Московского царства совершенно недостаточно освещена в исторической науке. Если вооружение русской армии той эпохи в XX в. все же не раз становилось объектом изучения, то вопросы истории служилого платья едва затрагивались учеными в общих трудах. При этом представления историков о служилом платье, как и в целом о внешнем виде воинов допетровской России» базировались в основном на рисунках и гравюрах иностранцев» посещавших нашу страну с дипломатическими, торговыми, карьеристскими цен и ми или проживавших здесь.

Практически все дошедшие до нас немногие иллюстративные источники (за исключением, быть может, одного Э.Пальмквнста) в силу очевидных причин не могут иметь самостоятельного значения дли исследования истории служилого платья в России XVII в. в отрыве от изучении делопроизводственной документации по названной теме. Именно документальные источники в состоянии раскрыть характер, методику, стоимость обеспечения служилых людей государевым платьем, вопросы его ношения и замены, статуса, качества, нюансы изготовления и внешнего вида. Это особенно важно в условиях, когда в музейных коллекциях не сохранилось ни одного стрелецкого, солдатского, драгунского или какою-либо иного подобного им каф!ана ратных людей Московского государства, позволяющего в точности представит ь конструктивные и технологические особенности этого вида одежды.

Источники по истории государева служилою платья: его изготовлению, выдаче и использованию, — откладывались в фондах самых различных государственных учреждений России XVII в. Первое место гго значимости для данной темы принадлежит документам Казенного приказа. Фонд этого приказа практически не использовался историками русского войска XVII в., хотя еще в середине XIX ст. наряду с архивом Оружей -ной палаты был введен в научный оборот Лукианом Яковлевым1, а во второй половине века был описан А.Е.Викторовым в составе архива Оружейной палаты2. Расходные книги Казенного приказа начало издавать Императорское Общество истории и древностей Российских. Но до революции 191? г. успели опубликовать лишь пять первых книг 1613-1614 гг.: 2 расходных и приходную денежной казне, приходную и расходную товарам и вещам3. Наибольшую ценность дли истории служилого платья представляют расходные книги: книги расхода товаров и особенно кроильные книги. Именно эта группа помимо общих сведений о выдаче материалов на слу жилое платье и об изготовлении оного для конкретных полков и лиц сохранила уникальную информацию о технологических особенностях изготовления различных элементов служилого платья. Записи в кроильных книгах неизмеримо подробнее распоря дигельных документов, поскольку представляют собой фактически описание самого процесса (технологии) изготовления негцей.

Из полистно просмотренных расходных кроильных книг и книг расхода товаров Казенного приказа лишь две записи дают нам представление не только о внешнем виде государевых кафтанов служилых людей пешего строя, но и о технолог ии и практике их изготовления — технике кроя и шитья и отделке или, говоря языком современников, «пострайки» кафтанов. Именно в таких суконных, киндичных и дорогильных зипунах несли службу и сражались русские солдаты, драгуны гг стрельцы XVII в. Первое из названных сообщений о с делании в Казенном приказе солдатских кафтанов гго иминному государеву указу и но при кану судьи Иноземского приказа И.Д.Мило-славского записано в книге ггод 20 декабря 1653    г., когда Россия интенсивно готовилась к войне с Речью II ос политой. Оно уже публиковалось и разбиралось нами на страницах . Вторая запись касается обеспечения начальных людей, солдат и стрельцов гарнизона Борисоглебской крепости государевым служилым платьем в начале 1666 г. Этот небольшой эпизод русско-польской войны 1654-1667 гг. интересен как исключительный факт централизованного обеспечения в т. ч. и готовым государевым служилым платьем небольшою борисоглебского гарнизона, являвшегося своеобразным форпостом русских владений на северо-западном направлении театра военных действий, когда обе противоборствующие стороны уже оставили попытки решительно переломить воен-но-полн гическую ситуацию в свою пользу, а война превратилась в серию взаимных мелких набегов.

Ливонский город Динабург (совр. Даугав-пиле) по итогам неудачной для России Ливонской войны отошел к Речи Посполитой, под властью которой и находился к началу русско-польской войны 1654-1667 гг.С началом вой и г.1 русские войска, не желая провоцировать Швецию, не вели активных военных действий в граничащих со шведскими владениями в Прибалтике польских Миф-лянтах. Но уже к концу первой кампании 1654    г. после взятия русской армией Полоцка и Витебска русское командование, еще не решаясь на крупные войсковые операции в пограничной со шведами зоне, направляет лег кие летучие отряды — «посылки» под Динабург, Розиттеи (Режица, совр. Резекне) и Люции (Лютин, совр. Лудза). Но захватить Динабург тогда не удалось3. Лишь с началом открытой русско-шведе кой войны (1656-1658} в холе разворачивавшеюся царского похода на Ригу войска князя Я.К.Черкасского взяли Динабург штурмом 31 июля 1656 г., после чего город был переименован в Борисоглебск. В октябре 1658 г. в следствие разрыва ви-леггских русско-польских переговоров возобновилась война с Речью 11остюлитой. Исполнение условий Кардисского мира 1661 г. по передаче шведам прибалтийских городов привело к расформированию отдельного Лифляндского полка, защищавшего и рус ские завоевания в польских Инфлянтах. Это подвигло литовцев на осаду Борисоглебска в мае-июне 1663 г. Крепость Бориса и Глеба на Западной Двине становится одним из важнейших опорных пунктов т. н. «малой войны», развернувшейся на всей территории Великого Княжества Литовского на завершающем этане русско-польской войны. 21 марта

1664    г. борнсоглебские осадные сиделыш капитан Данила Еремеев с начальными людьми и солдатами послали челобитную о и помощи, полученную в Москве лишь 4 мая7. Осажденный гарнизон сообщал, что блокада крепости продолжается уже 3 года, от «нужи и голода гарнизон сильно поредел, а с апреля хлеба в городе не останется вовсе. По их сведениям, под Ворисоглебовым ныне стоит 5 хорунг поляков и полковник Жердан с пехотой, да, по их сведениям, осаждающие ожидают помощь из Дисны для взятия Борн-соглебова, а все места до самого Пскова заняты поляками.Несмотря на частные неудачи, активные военные действии и маневры царских воевод И.Н.Суморокона и князей И.А. и П.И.Хован-ских, П.А.Долгорукова и Д.А.Ьарятинскою позволили сохранить стратегический парите! с противником. Тем не менее в январе1665    г. обозы с хлебными запасами вновь не смогли пройти в Ьорисоглебов и Лютин и принуждены были вернуться во Псков4.

Во второй половине января 1665 г. из блокированной польско-литовскими отрядами Борисоглебской крепости пробрался челобитчик сержант Родион Евдокимов и 14 февраля 1665 г. в Москве в Разряде подал отписку борисоглебског о воеводы Федора Бекетова и челобитную сержантов, капралов и рядовых солдат «борисоглебских осадных сидельцев»9. В челобитье, подписанном их духовним отцом оночепким ионом Юрищем Михайловым, солдаты писали, что служат «многие годы бел отпуску и без перемены*, а ныне сидя? н осаде «в дольном осадном городе 1юри соглсбове многое время, терпя всякую осадную нужу, и голод, и наготу». Челобитчики просили переменить их на службе, а если парь переменить их не укажет, то пожаловать их — «выдать платьишка», поскольку в Борнео-глебске им «купить платьишка не па што, да и негде»10. Великий Государь указал послать челобитчикам шубные кафтаны и передать солдатам царскую похвалу за их службу11. К феврале 1665 г. и Борисоглебск было послано «на одежду ратным людем» 204 шубных кафтана, а гарнизон усилен сотней поселенных заонежских солдат12.

Государева грамота от 15 мая 1665 г. ко вновь назначенному главным воеводой Новгородского разряда князю И.А.Хованскому предписала «для обереганья от неприятельских приходов и для промыслу над ними и для припасу* идти из 11скона к Двине и стоять на реке «в которых местех пристойно\ К началу июля князь И.А.Хованский писал из Пскова н Москву, что ненриягель все дороги перерезал. В ответ царь потребовал решительных действий, но чтобы воевода в то же время «над неприятели чинил промысел и поиск со всяким остерегательапвом, обозами и с рогат ки, как ратных людей не терять, а над неприятели чинить промысл всякими вымыслы: у засек, и в лесах, и у великих крепостей»14. Для деблокады и снабжения русских гарнизонов о июле-августе 1665 г. князья Хованские с 11о-вгородским полком ходили на Друю и под Борисоглебск, отправляя «посылки» на польско-литовские отряды, городки и местечки1 \
Однако переломить ситуацию они не смогли, и из Борисоглебска, не выдержав трудностей блокады, самовольством ушли донские казаки16. Осенью около 12 ноября 1665 г. из блокированного Бор и со I лебска прорвался капитан Михаил Кочановский.

Михаил Михайлов сын Кочановский происходил из семьи служилых иноземцев, испомещенных на Галиче. Однако отцовское поместье (255 чети с осминою) в 1649 г. досталось целиком его брагу Ивану. Михаил же вместе с их третьим братом Федором оказались беспоместными17, каковым Михаил и пребывал еще в 1665 г. с капитанским месячным кормовым окладом и 11 рублей. 7 января 1664 г. ко мандуюший упоминавшимся выше воеводским полком лютинский (потом опочепкий) полковой воевода И.Н.Сумороков по вестям о появлении в Себежских местах литовского полковника Чернавского послал на него капитанов Михаила Кочановского, Феоктиста Ижорина и Ларнона Данотова с даточными рейтарского строя и драгунами, которые Чернавского не нашли, но «высекли* литовское местечко Освею, приведя 10 января в Лютин в языках 2 шляхтичей и 4 мещан1*. В декабре того же года М.Кочановский приезжал вето-лицу с отписками от И.Сумарокова, после чего капитан и был послан в Борисоглебск19. За свои службы и приезд к Москве из осажденной крепости Кочановский был пожалован в майорский чин. Позже в 1672-1683 гг. М.Кочановский встречается в чине подполковника солдатского строя, а где-то в начале 1683 г. принимает православие20.Кочановский добрался до Москвы где-то в первых числах декабря 1665 г., представив в Разряде сразу два челобитья от борисоглеб-ских осадных сидельцев об обеспечении их одеждой и хлебом: от капитанов, иоручиков и прапорщиков и от солдатского строю сержантов, капралов и всех рядовых солдат. 11ри допросе капитана в Разряде 3 декабря Кочановский показал, что в Ьорисоглебовс* на момент его ухода находилось налицо ратных людей: 3 капитана, 3 поручика и 3 прапорщика, 4 рейтара, I переводчик, 227 старых солдат, 69 новоприсланных заонежских солдат и 55 стрельцов, — итого 9 начальных яюдей и 356 нижних чинов21. На допросе М.Кочановский просил оставшихся от сотни после бегства 31 .«онежского солдата 69 человек замени гь старыми псковскими солдатами, поскольку ново присланные заонежские солдаты «худы и с по-сылку ни какую их не будет».

Начальные люди в своей челобитной писали, что после Рижского похода Алексея Михайловича в Гюрисоглебове был оставлен юсударев шатер из полка князя Я.К.Черкасского «мурамно-зеленого» сукна, который с того времени был гнирызен и попорчен мышами. Начальные люди просили разрешить им пустить тот царский шатер на кафтаны, «сходькн человеком будет», поскольку сидят они в крепости без государева жалованья — кормовых денег уже многие месяцы, «платьишком ободр*1лисъ ...а купить платьишка негде»22. По указу от 5 декабря борисог лебскому воеводе просьба девяти начальных людей удовлетворялась, но государева i рамота в Ьо-рисоглебск отравлена так и не была, поскольку Великий Пкударь отменил свой указ23.

Солдатского строю писарь Микифор Фомин писал от лица 227 старых солдат борисоглебского гарнизона, что от частых караулов и «городовой работы» за многие годы они «платьишко погноили и ободрялись, а купить. Государь, негде и нечем», поскольку кормовых денег солдаты не получали также несколько месяцев. В челобитье солдаты, ссылаясь наполоцкий и витебский гарнизоны, солдаты которых, по их сведениям, были пожалованы сукнами на кафтаны, просили выплатить им их заслуженные кормовые деньги и «сверстатьс их с другими солдатами в пожаловании сукнами на кафтаны.По докладу царю указано было послать начальным людям и солдатам заслуженое денежное кормовое жалованье с марта 1665 г., 69 заонежским солдатам — но кафтану шубному и по рублю человеку да заменить их сотней старых псковских солдат. Новоиспеченному майору, капитанам, поручикам, прапорщикам, рейтарам и переводчику жаловалось по сукну; старым 227 солдатам — по кафтану суконному, по шапке» по сапогам и по 20 аршин холста на рубашки, а которым не хватило в предыдущую раздачу — еше и шубные кафтаны; 55-ти стрельцам указывалось послать по сукну. Итого указывалось послать: холста по 20 аршин на 356 нижних чинов — 7120 арш. по 4 деньги за аршин (всего 142 руб. 13 алт. 2    ден.); на 152 нижних чина - шубных кафтанов и на 327 чел. послать сукон на кафтаны по 4 арш. — вссго 1124 аршина и купить сапоги по 15 алтын пара (всего 147 руб. 5 алт.)25.

Но и это решение было изменено, когда 2    января 1666 г. в Разряде записали выдачу М.Кочановскому 1001) руб. денег на жалованье ратным людям борисоглебского гарнизона26. Данная в тот же день майору память в Казенный приказ о пожаловании этого гарнизона одеждой гласила: сделать на казенном дворе для посылки в Борисоглебск 227 солдатских кафтанов да столько же шапок «с лисицы» из сукна «розных цветов»; да в ту же посылку взять 14 начальным людям (теперь и 1 рей тара с переводчиком оказывались произведены в начальные люди) по сукну английскому; да 55 стрельцам ваять по сукну.Что же в конечном итоге было изготовлено мастерами Казенною приказа проясняет кроильная книга, в которой под 2 января 1666 г. записано об изготовлении для отправки в Ьорисоглебск 227 солдатских и 55 стрелецких кафтанов из лятчииных сукон разных цветов1*. Кроме того 227 солдатам тогда же были сделаны шапки из сукна разных цветов «с лисьими чамрамш29. В этой же записи описано отличие солдатских кафтанов от стрелецких: солдатам «деланы кафтаны без оже-релей*, в го время, как стрельцам — «с ожерели». На солдатские кафганы пошло по 4 арш. сукна литчины, а на стрелецкие с ожерельями—по 4*/4 арш. Разница в 4 вершка очевидно и пошла на ожерелье I воротник) стрелецкого кафтана. 11а солдатские кафтаны пошло 47 половинок с дополнительным портишем*' лятчинных сукон ценой по 4 руб. половинка. В этом случае цена одного аршина лятчины составит около 7 алт., а соответственно пена порт ища на солдатский кафтан — около 28 алт.

Все кафтаны были подпушены крашениной (по 8 денег аршин), которая пошла и на подкладку «окол поясов». Всего на кафтан пошло 1,5 арш. крашенины, как и в предыдущем случае 1653 г. на подпушку и подкладку. 11а кафтаны было пришито по портищу пуговиц «обшивных нитных» (по 1 деньге), каковое портите уже включало в себя петли. Кройка и шитье обошлись по 3 алт. 2 лен. кафтан, а всего ириклад с работой составил 5 алт. 3 ден., следовательно на круг солдатский кафтан дятчинного сукна обошелся казне в 33 алт.3    ден., т.е. дотянул до рубля. На следующий день 3 января Разряд списался со Стрелецким приказом о выделении Кочановскому конвоя до Твери из московских стрельцов для провожания Государева жалованья в 1000 рублей, 227 суконных кафтанов, лисьих шапок и сапогов, 276 арш. сук на, 92 шубных кафтана и 4540 арш. холста, дли каковой цели были выделены 3 стрельца приказа Василия Пушечникова’1.Для отправки в Борисоглебов 9 января Ранряд закупил у Исая Петрова сидельца торгового человека Гостинного двора гостя Аверкин Кириллова 4540 арш. холста за 74 руб.3    алт. 5 денег, 227 пар сапог за 90 руб. 12 алт. да для транспортировки 7 саней, 7 «веретищ», 11 рогож и 20 веревок — на 3 руб. 14 ал г. 2 ден г и{}. В числе обуви упоминаются сапоги «прямые и кривые большой руки» но 15 алт. и просто«прямые и кривые* по 11 алт. 4 деиги.

Запись об отпуске 92 шубных кафганов из Разрядного приказа датирована 10 января, а черновая царская грамота во Псков ко кия зю И .Л. Хованскому сообщает об отпуске груза с М.Кочановским из Москвы 11 января13. В грамоте в частности уточняется, что по 20 арш. холста дано ратным людям «на руби хи и ни портки». Воеводе надлежало отправить груз М.Кочановского в Борисоглебск с провожатыми, присовокупив к тому еще и хлебные запасы. В i рамоте борисоглейскому воеводе Богда(гу Неклюдову укапывалось обнадежить parных людей подчиненного ему гарнизона посланным жалованьем, «ди им же будет чипом переменены, а иным льготы яи их службу и осадное сиденье. Майору Кочановскому с полученным Государевым жалованьем пришлось на какое-то время задержаться во Пскове. Посланному в феврале 1666 г. к князю Хованскому во Псков стольнику Ивану Извольскому наказывалось, в частности» выяснить и обстоятельства данной задержки15. Чтобы доставить обоз в осажденную крепость понадобился второй «борисоглебский» поход князя Хованского со всем Новгородским полком в марте 1666 г. Изготовление служилого платья для гарнизона из провинциальных служилых людей представляется более исключительным событием, чем даже доставка в крепость обоза силами армии Новгородского разряда. Этот случай ярко иллюстрирует стратегическое значение этой небольшой крепости, перерешавшей литовцам важнейший торговый путь по Двине и ставшей русским «козырем» как на театре военных действий, так и на «шах* матиой доске» дипломатической игры.




вернуться
 
 
© 2010 Вексиллогия - большая энциклопедия флагов.
Флаги всех стран и городов мира.
   Яндекс цитирования