Домой   Карта сайта   Контакты
ЭНЦИКЛОПЕДИЯ
ФЛАГОВ
ФЛАГИ СТРАН МИРА
В нашей энциклопедии флагов собраны флаги более чем 200 стран и территорий мира.
Главная » Статьи » Атрибуция военных портретов Наполеоновской эпохи
Главная          Флаги мира          Вексиллогия          Статьи          Каталог сайтов          Контакты
 
 
Европа

Америка

Азия

Африка

Австралия





Атрибуция военных портретов Наполеоновской эпохи





Итак, 2 декабря 1998 г. в Лондоне на аукционе Christie’s South Kensington был приобретён первый из рассматриваемых здесь портретов (лот № 306), шедший в каталоге под следующим названием: «Портрет французского гусара на фоне египетского пейзажа, период Наполеоновских [войн]»'. Авторство, несмотря на отсутствие подписи, было приписано устроителями аукциона ученику Давида и Гарнье Жоржу Руже2. Стоит отметить, что портрет на аукцион попал из одной французской семьи, пожелавшей остаться неизвестной. По информации, полученной от сотрудника аукциона Питера Флори, проводившего анализ полотна, на портрете был изображён один из предков этой фамилии, но, учитывая пожелания владельцев, его имя было опущено. Что же касается художника, то данная атрибуция, представленная в каталоге Christies South Kensington, базировалась прежде всего на семейной легенде, по которой автором портрета был именно Руже. Действительно, при сравнении основных произведений Руже раннего периода и особенно созданного им портретного ряда с данным полотном, угадывается единый стиль, характерный для этого художника.


На этом аукционный анализ был завершён. Тем не менее, как это часто бывает, многое осталось в стороне. Так, только после приобретения портрета выяснилось, что на нём сохранилась его оригинальная рама, включая и более позднюю табличку с надписью: “Le General Vicomte de Rigny” («Генерал Виконт де Риньи»). Однако это, казалось бы, очевидное указание, требовало тщательной проверки. Ведь изображённый, судя по знакам различия,  всего лишь шеф эскадрона, а вовсе не генерал. Расположение шнуров, пуговиц и крой ментика говорили о последнем периоде Империи или о первых годах 2-й Реставрации Бурбонов, до 1817 г. Короткая причёска, характерная для этого времени, также подтверждала такой вывод. Так что даже при беглом анализе можно было полностью исключить версию, что перед нами генерал или высший офицер периода Египетской экспедиции. К тому же представленные на портрете ордена и «старорежимный» титул вносили дополнительные сомнения в датировке, предложенной аукционистами.

Так, в орденской колодке первым показан кавалерский крест ордена Св. Людовика, свидетельствующий, что портрет был
создан в эпоху 1-й или 2-й Реставрации. Разумеется нельзя исключить, что орден дописан впоследствии  обычная практика того времени. Детали униформы, особенно конструкция кивера, характерного для периода 1809-1813 гг., уже очевидно говорили о последующей доработке портрета. В пользу последнего свидетельствует и само расположение ордена Св. Людовика, несколько выбивающееся из обшей композиции5. Что же касается второй награды, то здесь показан т.н. 4-й тип знака ордена Почётного Легиона, с шариками на концах креста6. Благодаря розетке на орденской ленте (корона показана слишком условно) можно предположить, что, скорее всего, речь идёт об офицерском кресте. Вероятность того, что здесь показан командорский крест, учитывая чин и возраст изображённого, слишком мала. Необходимо уточнить, что в русской традиции не делается различий между «команданским» (commandant) и «командорским» крестами (commandeur). В период 1-й Империи следует говорить именно о «команданском» кресте  в соответствии с законом от 19 мая 1802 г. Термин «командорский крест» появится лишь 26 марта 1816 г., в соответствии с королевским ордонансом, подписанным в этот день. Также оговоримся, что в период 1-й Имерии, по декрету от 22 мессидора XII г. (11 июля 1804 г.) легионеры (с 1 марта 1808 г. кавалеры), офицеры, команданы (командоры) и высшие офицеры носили кресты на левой стороне мундира; различия появятся позже, после падения Империи
.

Анализируя саму форму, легко прийти к выводу, что она не соответствует ни одному из 14 гусарских полков французской армии, ни гусарским полкам других европейских армий, а также полкам гвардейской и армейской конной артиллерии и форме адъютантов французского генералитета. При этом нельзя забывать и о существовавших отклонениях: последнее хорошо видно на примере портрета Жюстэна (см. «Старый Цейхгауз», №34) и униформы адъютанта в чине капитана генерала Бертрана Жюля-Антуана Полэна. Принимая во внимание адъютантскую повязку нерегламентирован-ного образца (красно-золотого или золотого цвета) на левом рукаве8, можно утверждать, что речь идет об адъютанте высшего офицера Империи. Покрой униформы, отличительные цвета, отдельные элементы 2-го периода 1-й Империи и чин шефа эскадрона позволяют сузить круг поисков и говорить, что изображённый  адъютант маршала Империи, но не принца10. Напомним, что в штабе дивизионного генерала в период Империи, не говоря о бригадном генерале, не было офицеров, носивших бы такой высокий чин и исполнявших бы обязанности адъютанта.

Постановление от 16 вандемьера IX г. (8 октября 1800 г.) разрешало иметь дивизионным генералам одного адъютанта в чине шефа эскадрона или батальона, но на практике это было скорее исключением, чем правилом и касалось в основном адъютантов главнокомандующих11. Чуть позже постановление Военного министра от 8 декабря 1811 г. окончательно зафиксировало данное положение вещей. Униформа адъютантов маршалов  «кузенов Императора» была закреплена двумя декретами Бертье от 30 марта и от 3 мая 1807 г. Сразу оговоримся, что только эти декреты являлись основными и единственными правовыми документами в период Империи, фиксирующими формы адъютантов маршалов и принцев. В проекте регламента 1812 г., как, впрочем, и в регламенте 1803 г., отсутствует описание их униформы13. Что же касается текста самих декретов, то он звучал следующим образом: «Адъютанты гг. Маршалов единственные [из всех кто] может носить мундир гусарского типа (a la hussarde) синего императорского [цвета] с золотыми шнурами, а также колъбак (colback) или [точнее] меховую шапку (bonnet а рой)»14. 3 мая 1807 г. уточнялось: «Ментик, доломан и чакчиры  синего цвета, воротник и обшлага  красные. Шнуры и галуны  золотые. Кольбак [должен одеваться] зимой, а кивер летом»15. Стоит обратить особое внимание на адъютантскую повязку, которую, судя по иконографии и текстам вышеприведённых декретов, не должны были носить и не носили адъютанты маршалов16, в отличие от адъютантов бригадных и дивизионных генералов. Художник не совсем чётко передал расцветку повязки, в первом случае повязка должна быть только красно-золотой, а во втором  полностью золотой18. Можно предположить, что либо изображённый на портрете сохранил свою прежнюю повязку после повышения шефа, либо он использовал неуставное отличие. Обе версии имеют право на существование и в целом не могут быть опровег-нуты.

Отсутствие легкокавалерийского пояса и доломана при парадных неуставных чакчирах и султане, а также сам кивер, позволяют утверждать, что изображённый офицер носит т.н. малую летнюю парадную форму. Обратим особое внимание на чакчи-ры. Наиболее распространённым вариантом чакчир в армии была всё-таки модель с нашитыми галунами, позволявшими определить чин, а не просто традиционный венгерский узел. Однако на большинстве парадных портретов адъютантов маршалов (не принцев) показан именно венгерский узел, тогда как модель с нашивными галунами является скорее исключением и. Определённые вопросы также может вызвать красный цвет чакчир, ведь в декретах Бертье чётко указан их синий цвет для адютантов. Тем не менее основная масса источников показывают их в красных, а не синих чак-чирах20. Свет на данный вопрос проливает запись от 22 июня 1809 г. в дневнике на тот момент адъютанта генерала Мутона Эспри Виктора Элизабет Бонифаса де Кастеллана: «Фезанзак, адъютант военного министра и его зять, проделал эту кампанию около принца Невшателъского в синих чакчирах; [начальник] главного штаба допускал и признавал ношение красных чакчир только для своих адъютантов: привилегия, которой он чрезвычайно дорожил. В одной испанской деревушке адъютант маршала Нея, передавая депеши, предстал перед ним в красных чакчирах. Негодование [шефа] главного штаба дошло до комической [ситуации, заключавшейся] в настойчивом желании отправить этого офицера в других чакчирах. Но доставить туда другие было чрезвычайно трудно, учитывая, что [штаб] располагался в каком-то скверном поселении». По всей видимости, общее стремление к подражанию офицерам штаба и привело к окончательному вытеснению синего цвета и замене его красным после 1811 г.22 Но борьба за единообразие со стороны Бертье на этом не была завершена23. Ярким доказательством этих слов может служить письмо (отношение) Бертье к маршалу Массена от 13 октября 1809 г.: «Один из ваших адъютантов предстал передо мной в серых чакчирах (pantalon gris). [Хотя] регламент говорит, что адъютанты Господ маршалов должны носить синие чакчиры. Отдайте приказ, чтобы тут придерживались [этих правил]. Через вашего адъютанта я вам отправляю один экземпляр регламента для войск в период кампании».


Вернемся к портрету. Даже после уточнения показанной формы и наград, найти имя изображённого было довольно трудно. Во-первых, до сих пор не существует какого-то полного и единого списка всех адъютантов маршалов, а имеющиеся на сегодняшний день далеко не полные и содержат имена наиболее известных личностей Империи, занимавших эти посты. При этом не стоит забывать «мобильность», которую давала эта должность, приводившая к постоянному изменению в штате штаба и свиты маршала. К сожалению, до сих пор полностью не обработаны и не введены в научный оборот документы из коллекции Исторической службы Министерства обороны Франции (Le service historique de la defense  SHD), позволившие бы не только в полном объеме представить общее количество адъютантов маршалов, но и составить статистический обзор по конкретным офицерам26. Тем более, маршалы в основном не носили титул принцев27. Принцами Империи являлись среди «кузенов Императора» следующие лица (члены императорской семьи, упомянутые в декретах Бертье, здесь не рассматриваются): принц Понтекорво (с 5 июня 1806 г.) Бернадот (“L’amour de mon people est ma recompense”); принц и суверенный герцог Невшателя и Валанжена (30 марта 1806), князь Ваграмский (31 декабря 1809) Бертье (“Commilitoni Victor Caesar”); князь Экмюльский (28 ноября 1809) Даву (“Justum ас Tenacem”); принц Империи (1 февраля 1805), великий герцог Клеве и Берга (15 марта 1806) Мюрат (“Vim utraque repello”); принц Эсслингский (31 января 1810) Массена (“Victor et fidelis”) и принц Москворецкий (25 марта 1813) Ней (“Pro patria mori”), не беря в расчёт Понятовского и польский титул Ланна.

Все это привело к тому, что было решено сразу проверить информацию о виконтеде Риньи, а уж потом, если выводы и анализ оказались бы неверными, обратиться к поиску других «кандидатов». Нужно заметить, что воспринимать подобную информацию, не проанализировав все возможные варианты, необходимо очень осторожно, ведь, как не раз об этом писалось, в научной, искусствоведческой и музейной практике предостаточно случаев, вскрывших ошибки в подобных «ориентирах». Лучшим примером здесь могут выступать работы А.В. Кибовского, посвящённые переатрибуции и уточнению портретных образов из Военной галереи Зимнего дворца, учитывая знаковость и мировую известность данного собрания. Но не без сожаления также можно говорить и об обратных примерах, тиражирующих устоявшиеся ошибки музейных и частных собраний. Увы, от них не застрахованы даже монументальные работы.

Несмотря на всё вышесказанное, при обращении к биографии Риньи удалось поставить окончательную точку в этом вопросе и отказаться от поиска других кандидатур. Прежде всего подтвердилось, что действительно Риньи состоял адъютантом при маршале Сюше. Этот пост Риньи занимал с 1809 г. по 1813 г. Стоит напомнить, что маршальский жезл Сюше получил только 8 июля 1811 г. после взятия Таррагоны. Последнее обстоятельство объясняет наличие адъютантской повязки, сохранённой Риньи, а также позволяет утверждать, что она  красно-золотая. Учитывая чин и изображённые награды, можно констатировать, что сам портрет был создан в середине 1813 г., т.е. в тот период, когда Риньи стал шефом эскадрона (28 июня 1813 г.) и был награждён офицерским крестом Почётного Легиона (8 октября 1813 г). Подтверждается и версия о последующей доработке портрета. Речь идёт о кресте Св. Людовика, полученном Риньи 11 октября 1814 г. В этот период, 9 октября 1814 г., он был определён к 11-му конно-егерскому полку и, таким образом, получил новую униформу.Учитывая эти данные и другие факты из его послужного списка, мы вправе говорить, что Риньи изображён на фоне испанской крепости Таррагоны, при штурме которой он отличился и был награждён кавалерским Почётным Легионом, получив новый чин.21 июня 1811 г. Де Риньи во главе «горстки храбрецов», как называет их маршал (на тот момент главнокомандующий Арагонской армией) Сюше в своих воспоминаниях, ворвался сквозь брешь в город, отбросив остатки дезорганизованных масс противника. Этот геройский поступок был отмечен в приказе по армии, опубли-кованый чуть позже на страницах газеты «Moniteur».

Подтвердилось и то, что впоследствии Риньи дослужился до генеральского чина. Здесь стоит сделать небольшую ремарку и подчеркнуть, что основной массив информации, связанной с этой личностью, относится именно ко второму периоду, после падения Империи. Во французской историографии наиболее доступной и одной из немногих работ, приводящих послужной список нашего героя, является биографический словарь Мюллэ34. Между тем, в этом словаре по понятным причинам акцент делается на второй этап службы уже высшего офицера Риньи, приходящийся на период Реставрации и правление Луи-Филиппа. Эпоха же 1-й Империи в данной работе рассматривается поверхностно. Всё это вынудило нас обратиться непосредственно к формулярному (послужному) списку Александра де Готье де Риньи, заверенная рукописная копия которого, как ни странно, была обнаружена в фондах ГАРФ. Итак, виконт Александр де Готье де Риньи (Gaultie [ou Gautier] de Rigny) родился 19 марта 1790 г. в Туле (Мёрт), позднее отправлен в Брюссель, где получил начальное образование. Его отец Жан-Франсуа Готье де Риньи  отставной кавалерийский офицер, кавалер ордена Св. Людовика, а мать сестра аббата Луи. Один из его братьев (всего в семье было 8 детей)  Мари-Анри-Даниель Готье де Риньи (1782-1835), вице-адмирал и видный политический деятель периода Июльской монархии.4    декабря 1806 г. Александр де Готье де Риньи поступил в Военную школу Фонтенбло.

5    марта 1807 г. произведён в су-лейтенанты, all апреля определён к 26-му полку лёгкой пехоты (с зачислением в одну из карабинерских рот). В этот период в 1807-1808 гг. он участвовал в кампаниях в Пруссии и Польше. 10 июня 1807 г. Риньи получил пулевое ранение в правую ногу в сражении при Хайльсберге (Пруссия) во время штурма русского редута. В 1809 г. ему присвоен чин лейтенанта с переводом в кавалерию. В том же 1809 г. он был назначен адъютантом дивизионного генерала Сюше. Принял активное участие в Австрийской кампании 1809 г. 22 мая 1809 г. в сражении при Эсслинге Риньи был ранен в правую руку, но остался в строю, all июля 1809 г. в деле при Цнайме (ныне  г. Зноймо в Чехии) снова был ранен: австрийская пуля попала в левое плечо. В 1810 г. Риньи получил чин капитана. С 1810 по 1812 г. он сражался на территории Испании и был ранен при штурме королевского форта Таррагоны: из-за прямого попадания французского ядра в стену форта она обрушилась, и два каменных осколка рухнули Риньи на правую ногу (21 мая 1811 г). 21 июня 1811 г. наш герой отличился в штурме самой Таррагоны, во главе пехотной колонны ворвавшись в брешь городских стен. 7 августа того же года он получил кавалерский крест Почётного Легиона. 28 июня 1813 г. Риньи был произведён в чин шефа батальона, продолжая исполнять обязанности адъютанта Сюше, а 8 октября1813    г. его наградили офицерским крестом Почётного Легиона. Принимал участие в Саксонской кампании. Но 21 октября 1813 г. Риньи получил тяжёлое сабельное ранение в голову и был взят в плен. После возвращения во Францию (24 июля1814    г.), 13 августа 1814 г. был произвёден в подполковники кавалерии (или в майоры, используя чины наполеоновской Франции). С этим чином прикреплён 9 октября 1814 г. к 11-му егерскому полку. 11 октября

1814    г. стал кавалером ордена Св. Людовика. 4 мая 1815 г. в 11-м конно-егерском Риньи был определён сверхштатным офицером. С 14 июня 1815 г. был направлен в расположение генерала Суаэ. 28 октября 1815 г. Риньи перевели в полк лансьеров Королевской Гвардии. 13 августа 1818 г. он получил патент на чин полковника. 13 мая 1821 г. назначен полковником во 2-й гусарский полк. Риньи принял участие в испанской войне 1823 г., после чего 18 ноября 1823 г. его наградили испанским орденом Св. Фердинанда 2-го класса. 28 октября 1830 г. королём Луи-Филиппом был подписан патент Риньи на чин генерал-майора (Marechal de camp). С января 1831 г. он стал командующим департаментом Эр, а 4 марта 1831 г.  командующим департаментом Нор. В этот период Риньи принял участие в Бельгийской кампании. 22 марта 1831 г. он прикреплён к штабу армии, а 4 августа 1831 г. возглавил 2-ю бригаду 2-й кавалерийской дивизии департамента Нор. В 1836 г. Риньи  командующий кавалерией во время экспедиции на Константину (Алжир). После конфликта с маршалом Клозелем и с генералом Сю-бервиком, обернувшийся для него военным трибуналом (впоследствии полностью оправдан), 1 июля 1837 г. Риньи был отправлен в запас. Затем в том же году он был назначен командующим департаментом Эндр. 17 апреля 1848 г. вышел в отставку. В 1849-м переведён в запас. 9 июля 1850 г. назначен на пост командующего 2-й суб-дивизией 15-й военной дивизии. В 1853 г. окончательно оставил военную службу. 22 августа 1873 г. Александр де Готье де Риньи скончался в замке Фужэр, недалеко от Шатору.

К сожалению, нам не удалось обнаружить хоть какие-то характеристики личности этого человека, относящиеся к периоду 1-й Империи. Наиболее ранние оценки Риньи датированы 1820-ми гг. В его послужном списке можно найти следующие строки, сделанные после проведения инспекций: «С 1819 по 1826 г. М. Готье де Риньи постоянно был отмечаем [всеми] как прекрасно образованный и превосходно знающий свое дело высший офицер. Запись 1827 г., сделанная М. Главным Инспектором Графом Вал-лэном (Vallin): “М. Риньи  выдающийся полковник и добавьте к этому прекрасное знание своих обязанностей: все это позволяет ему в совершенстве командовать и заниматься административной работой в пол-ку”»№. Запись 1828 г., произведённая Главным Инспектором Графом Витрэ (Vittre): «Выдающийся офицер благодаря той манере, с которой он руководит своим полком, а также благодаря своему образованию и воспитанию. Я прошу для него командорский крест Почётного Легиона».На этом необходимо завершить первую часть нашего исследования, позволившего не только провести атрибуцию портрета Риньи, уточнить дату создания полотна и ввести в научный оборот ранее неизвестный источник, но и обрести полноту восприятия данного живописного произведения. Второй портрет мы рассмотрим в следующем номере журнала «Старый Цейхгауз».








вернуться
 
 
© 2010 Вексиллогия - большая энциклопедия флагов.
Флаги всех стран и городов мира.
   Яндекс цитирования